Максим Орешкин назначил банковский сектор «крайним» за экономическую отсталость России

Фото: ТАСС

01 августа 2018 20:05:37

2640

Российские банки активно выдают потребкредиты населению и в том числе поэтому не кредитуют бизнес.

Такое мнение высказал в среду в Самаре глава МЭР Максим Орешкин.

По оценке чиновника, портфель потребкредитования за последний год увеличился более чем на 1 трлн рублей, и «темпы ускоряются», сообщает ТАСС.

Орешкин добавил, что МЭР ведет дискуссию с ЦБ: речь о том, что созданы условия, при которых банкам выгоднее идти в потребкредитование, чем в кредитование предприятий. «Пока высокое потребительское кредитование, для другого кредитования места нет», — резюмировал глава Минэкономразвития.

По данным ЦБ, в июне в годовом выражении рынок потребкредитования вырос почти на 20%, а задолженность по ипотечному жилищному кредитованию на 1 июня — на 23% до 5,6 трлн рублей. Опрошенные «Гражданскими силами.ру» эксперты рассматривают заявление Орешкина как довольно неуклюжую попытку правительства снять с себя ответственность за очевидные экономические провалы и отсутствие структурных реформ, которые единственные могли бы вывести страну на траекторию роста.

Российский банковский сектор действительно не хочет заниматься проблемами экономического роста, и его в этом сложно упрекнуть. Для того чтобы понять причины проблем с кредитованием реального сектора, необходимо посмотреть на статистику. В 2017 году количество обанкротившихся предприятий в России достигло восьмилетнего максимума – 13577, что на 7,7% больше, чем в 2016 году. Дальше необходимо взглянуть на соотношение роста объемов кредитования бизнеса с ростом просроченной задолженности.

В 2017 году кредитные организации практически не наращивали кредитование бизнеса. Общий объем предоставленных им средств вырос всего на 0,3%, при этом просроченная задолженность сократилась на 0,6%. В 2018 году банки начали наращивать кредитование бизнеса. С начала года показатель увеличился на 4,5%, а просроченная задолженность начала расти опережающими темпами и уже повысилась на 6,4%. В то же время на растущем объеме кредитования физических лиц просроченная задолженность здесь только сокращается. И как при такой динамике давать деньги бизнесу?

«Недовольство Максима Орешкина можно понять. Ему необходимо обеспечивать рост российской экономики, а особых улучшений в этом направлении нет, кроме символического роста на 1-1,5% (это при таком-то росте цен на нефть) и рекордно низкой инфляции. А тут еще повышение налогов, которое может заметно подорвать и без того скромный экономический рост в России. Вот и приходится главе МЭР искать «виновных». Если структурных реформ не планируется, и в этом ругать «некого», кроме своего начальства, остается ругать монетарные власти. Стоит также вспомнить показательный отзыв лицензии у банка «Югра», модель которого как раз подразумевала привлечение денег от физических лиц и инвестирование их в предприятия. Банк России тогда назвал такую модель сомнительной. Что случилось дальше, все помнят. С другой стороны, коммерческие банки, которые исповедовали модель «привлекаем у физических лиц, им же и выдаем», Банк России спас. Тем самым он ясно дал понять, какая модель ему нравится больше. Сложно представить, что министр экономического развития России этого не знает, а если знает, то совершенно очевидно, что нужно разбираться с причинами, по которым «смертность» российских предприятий стабильно растет, а не «показательно» ругаться с ЦБ. Однако боюсь, что если Максим Орешкин действительно начнет разбираться с проблемами бизнеса, это неминуемо приведет его к необходимости структурных изменений в российской экономике и конфликтам уже с собственным руководством», — сказал в беседе с корреспондентом сетевого издания «Гражданские силы.ру» главный аналитик ООО «ЦАФТ» (Центр аналитики и финансовых технологий) Антон Быков.

«Проблемы с кредитованием бизнеса начались еще несколько лет назад, когда возникли проблемы из-за санкций. После того как компании не смогли перекредитоваться у западных банков, они стали искать «длинные» деньги в России и нашли их в НПФах и страховых компаниях. К сожалению, в это время ЦБ РФ начал «очистку» банковского сектора и среди самого крупного бизнеса, а также проредил пенсионную и страховую сферу (пенсионную сильнее, конечно). Такой подход вместе с историческим нежеланием ЦБ видеть любую долю «лишней» ликвидности на рынке привел к отсутствию денег на крупный бизнес, а также разрыву многих связей между финансово-промышленными группами. Потребительское кредитование дает короткие и большие деньги в отличие от корпоративного, поэтому можно отметить и еще одну особенность работы банков на сегодня — низкие ставки привели к открытию массового сегмента населения страны для продажи услуг. Бизнес дает похожий результат, но складывается тот более громоздкими методами, а доверие между компаниями уже также испытывается на прочность. Организации испытывают трудности в обеспечении своих выплат ликвидностью и размер потенциальных потерь существенно выше, поэтому решить вопросы с банком за счет увеличения его маржинальности не могут», — отметил аналитик ООО «Аналитический центр «Сэлсбери» Владимир Пейсатый.

По его мнению, изменить положение дел и перезагрузить отношения между бизнесом и банками, конечно, можно — эти процедуры должны быть проведены одновременно ЦБ, банками и бизнесом. От ЦБ требуется ликвидность и контроль получения денег обеими сторонами, бизнесу нужны ясные правила игры и низкие ставки по кредитованию в заявленных объемах под залог и активы, а банкам нужно научиться работать эффективно в условиях низких ставок по кредитам и извлекать доход из оборотов по финансовым продуктам. Все три вида организаций имеют определенное недоверие к работе другого, а также имеют влияние на возможные изменения к лучшему, но только коррекция на рынках (падение) приведет к раскрытию полного функционала между всеми участниками.

«На мой взгляд, это слабое для министра экономического развития заявление. Во-первых, темпы роста кредитования экономики, хотя они и ниже, чем в потребительском и ипотечном кредитовании, но все же растут, а не снижаются. По данным ЦБ РФ, в первой половине года кредиты экономике выросли на 4,1% против 1,8% за январь-июнь 2017 года. При этом кредиты нефинансовым организациям увеличились на 1,9%, в то время как за январь-июнь 2017 года рост составлял 1%. Во-вторых, несмотря на рост потребительского и ипотечного кредитования, банки испытывают избыток ликвидности, которую с удовольствием вложили бы в другие инструменты. Они охотно кредитуют исполнение государственного заказа, включая строительные подряды на инфраструктурных объектах. Нефтегазовый и горно-металлургический сектора вообще не имеют проблем с кредитованием – высокая рентабельность бизнеса, экспортные поставки, валютные потоки делают их надежными и желанными для банков заемщиками. Проблемы есть у предприятий обрабатывающих секторов – для них ставки по кредитам оказываются неподъемными. Низкая рентабельность, высокая зависимость от слабого потребительского спроса, рост цен на сырье, слабая конкурентоспособность продукции — вот набор качеств, делающих предприятия обрабатывающих секторов проблемными заемщиками. Многие из них уже закредитованы, с трудом обслуживают предыдущие займы и находятся в одном шаге от банкротства. Эти проблемы нужно решать, но явно не Банку России. Не стоит перекладывать их с больной головы на здоровую. И, в-третьих, если ограничивать потребительское кредитование в пользу роста кредитования промышленности, то это ударит по потребительскому спросу, который сам держится на кредитах в условиях низкого роста доходов населения. И кому в этом случае предприятия будут продавать продукцию, произведенную на кредиты?», — считает эксперт-аналитик АО «ФИНАМ» Алексей Калачев.

«Проблема с кредитованием бизнеса в том, что это, во-первых, большие суммы, во-вторых, иные риски. И если деньги найти не проблема — кредиты выдаются, если бизнес не боится процентов, то со вторым действительно катастрофичная ситуация. Российские банки включают в процентную ставку по бизнес-кредитам все видимые и иллюзорные риски, что делает такой займ фантастически дорогим. Рентабельность бизнеса должна быть космической, чтобы «отбить» кредит под 25-35% годовых по факту. Эти деньги —непомерно дорогие для абсолютного большинства бизнес-моделей. Банковская система РФ построена на том, чтобы заработать больше денег с меньшим риском, в то время как мировая практика давно уже отказалась от большого «куска» этого пирога в пользу развития экономики и финансовой системы. По-другому наши банки работать не умеют и не хотят, поэтому кредиты для предприятий и компаний столь малодоступны», —резюмировала в беседе с «Гражданскими силами.ру» аналитик компании «Альпари» Анна Бодрова.

Сергей Путилов

Теги: Максим Орешкин, МЭР, потребкредиты, ЦБ